Центральноазиатским странам необходимо быть осторожными в выборе стратегии сотрудничества с возрождаемым Шёлковым путём и ЕАЭС. Оба конгломерата могут способствовать экономическому подъёму в республиках, но ЕАЭС может проиграть другим интеграционным экономическим объединениям за счёт привычки к торговле, а не производству. А Шёлковый путь нацелен на создание китайской суперэкономики за чужой счёт. Так считает казахстанский профессор, синолог, доктор политических наук Константин Сыроежкин. Своим мнением он поделился на состоявшемся в Бишкеке на территории международного пресс-центра News-Asia круглом столе «Влияние евразийской интеграции на политическую жизнь Киргизии» во вторник, 25 августа.
По мнению политолога, ЕАЭС и Шёлковый путь, за которым стоит Китай – два наиболее весомых экономических конгломерата, принципы сотрудничества с которыми предстоит пересмотреть не только Киргизии, но и Казахстану.
- С моей точки зрения, между объединениями существуют концептуальные различия. ЕАЭС – больше интеграционно-экономическое, ориентированное на постсоветское пространство, его главная задача - связать и восстановить экономики стран-членов организации. Если в России и Белоруссии с этим как-то удаётся справиться, то у нас дело швах. Главная цель же у возрождаемого Великого Шёлкового Пути – создание благоприятных условий для продвижения китайских товаров на рынки Центральной Азии, России, стран Ближнего Востока. Поэтому Китаем в качестве задач ставится упрощение таможенных процедур, логистические операции с перспективой создания зон свободной торговли расширение объемов взаимоторговли в нацвалютах. Их можно рассматривать, с моей точки зрения, как основополагающие в новой геополитической концепции, ориентированной Китаем на Центральную Азию. Со временем она поможет превратить Китай в мировую сверхдержаву - поставщика услуг на все мировые рынки, включая Европу и США, - отмечает Сыроежкин. - Реализовать эту идею можно, лишь подтянув западные районы Китая до уровня юго-восточных. А сделать это можно с помощью Шёлкового пути. Часть инвестиций попадёт и к нам, в страны Центральной Азии, которые будут сотрудничать в направлении восстановления Шёлкового пути. Однако Центральная Азия никогда не рассматривалась Китаем как составная часть экономики. Всегда она была источником поступления ресурсов и дополнительной территорией, и ничем более. Поэтому Китай и не может быть ядром интеграции центральноазиатского региона.
Но китайское экономическое явление более жизнеспособно, и у идеи Шёлкового пути больше возможностей зацепиться и укорениться в центральноазиатском регионе. Поэтому рассматривается вариант сотрудничества двух конгломератов. Однако вопрос о его конечной целесообразности для стран-членов ЕАЭС остаётся открытым.
- В отличии от ЕАЭС, где мы не можем толком собрать деньги ни на один проект, Шёлковый путь уже обеспечен финансово. Вопрос в том, на что пойдут эти средства: я сомневаюсь, что нас кто-то допустит до этих миллиардов. Кроме того, у Китая к партнёрам отсутствуют какие-либо политические требования, чего не скажешь о ЕАЭС: Россия пытается форсировать события и вносить в объединение геополитическую составляющую, что является болевым вопросом. Китай всегда готов к компромиссам в сотрудничестве. Но проблема в том, что мы никогда ничего не предлагаем, а китайцы нам в ответ ничего не говорят. Китай имеет границу с тремя центральноазиатскими государствами… Сейчас многое говорят о сопряжении экономического пояса Шёлкового пути и ЕАЭС. Точки соприкосновения надо искать,- полагает Сыроежкин. - И одна из них – транспортные развязки. Правда есть одно «но»: китайцы не хотят дорог с нашей колеёй, а строят узкоколейки, по которым будут производиться контейнерные перевозки. Что будут возить по этой дороге, какие товары? Мы в контейнерах ничего не возим. Куда их потом будут девать? В Европу они уйдут с грузом, а обратно? Порожняком? Ведь то, что производят в Европе, уже производится в Китае. Вторая отрасль, где можно было бы вместе поработать - упрощение таможенных процедур, которыми сейчас занимается ЕАЭС. И китайцы готовы поучаствовать в этом процессе с большей отдачей даже, чем ЕАЭС. Но для ЕАЭС сейчас главная задача – преодолеть распространённую на постсоветском пространстве торговую парадигму. Мы не хотим развивать в наших странах производство – мы хотим торговать и получать быстрые, лёгкие деньги. Вероятно, для смены мышления должна произойти смена поколений. Конечно, ЕАЭС может договориться с Китаем о создании зоны свободной торговли. Но мы делать этого не должны: в противном случае мы превратимся в китайский придаток, заваленный товарами.
Комментарии